Юлий Ким: «Но судьба своё возьмёт…»

Поэт, бард, драматург, сценарист, либреттист… Все это Юлий Ким. Его песни звучат в 50 фильмах и не менее чем в 40 спектаклях. По его сценариям сняты две картины: «После дождичка в четверг», «Раз, два — горе — не беда». Он выпустил 16 книг, 12 компакт-дисков с авторскими песнями вместе с профессиональными музыкантами. Многие его песни из фильмов стали хитами, и мы редко задумываемся над их авторством.

«Ходят кони над рекою, ищут кони водопою…» («Бумбараш»), «Губы окаянные, думы потаённые, бестолковая любовь, головка забубённая…» («Пять вечеров»), «Пусть бесится ветер жестокий в тумане житейских морей. Белеет мой парус такой одинокий на фоне стальных кораблей…» («Двенадцать стульев»), «А-а-а! В Африке реки вот такой ширины! А-а-а! В Африке горы вот такой вышины!..» («Про Красную шапочку»). Большинство текстов для легендарного мюзикла «Нотр Дам» исполняются в переводе Ю.Кима. Слушая музыку Кима, мы отдыхаем душой и сердцем. Удивительно лирично и проникновенно поет сам Юлий Черсанович. Те, кому довелось побывать на его концертах, вновь стремятся попасть на его выступления. К тому же, он еще и прекрасный рассказчик.

Юлий Ким является лауреатом премии «Золотой Остап» и российской Государственной премии им. Булата Окуджавы. А песни: «Губы окаянные», Хорошо идти фрегату», «Рыба-кит» и «Чёрное море» вошли в сборник «Лучшие авторские песни нашего века». Он много гастролирует, выступает в США, Германии, Франции, Израиле, Дании, во многих других странах. Застать его в Москве – большая удача.

А поводов у газеты «Основы» для встречи с именитым автором песен , по крайней мере, было два: рассказать нашим читателям о жизни и творчестве удивительного человека Юлия Кима и — не менее интересной биографии его предков.

Нам удалось выяснить, что его дед Валентин Васильевич Всесвятский и бабушка – Елизаветы Осиповны Успенская жили и работали в Наро-Фоминске. Валентин Васильевич главным врачом в районной больнице, Елизавета Осиповна врачом.

Встреча с Юлием Кимом состоялась, а наша беседа о его предках привела нас к нашим соседям — в Малоярославец. Но об этом в следующем номере газеты. А сегодня мы предлагаем вам интервью с известным поэтом, музыкантом, певцом, талантливым человеком Юлием Черсановичем Кимом.

Ваша жизнь – сплошные дороги, а где родились?

— В Москве, 23 декабря 1936 года. А мои родители встретились в Хабаровске. После окончания 2-го Московского государственного университета мою маму, Нину Валентиновну Всесвятскую, направили работать на Дальний Восток. В письме к своей подруге из Хабаровска она писала: «Я изменила своей профессии. Из педагога-литератора — в издателя, журналиста, методиста 1-ступени, словом, в секретари редакции журнала-учебника «Красный маяк». Прощай, Пушкины, Гоголи, Ваньки Чехова, тетради и ошибки! Я издатель, и никаких гвоздей!»

В Хабаровске мои родители и познакомились. Потом переехали в Москву. Мама с сестренкой Алей, она родилась 7 июля 1933 года, часто бывала в Наро-Фоминске у своих родителей — Валентина Васильевича и Елизаветы Осиповны. В июне 1934 года мама писала из Наро-Фоминска подруге: «У меня все тихо, мирно, «дочка, дачка, водь и гладь. Живу в Наре у своих. С утра до вечера делаю «неприделанное дело», т.е. одеваю, переодеваю, варю, кормлю, замываю, стираю, гуляю, играю, укладываю спать, а там «на колу висит мочало, начинай опять сначала. Единственное утешение –дочь растет хорошо. Жизнь разнообразится путешествиями в Москву за продуктами и к Черсану. Черсан в санатории, в Сокольниках. Дела его идут хорошо. Борьба с Кохом протекает успешно. Осенью в Москву. Начинаю поиски работы. Скверное дело-искать работу. Лучше бы, если работа меня искала. Что год грядущий мне готовит?». А жизнь готовила матери нелегкие испытания. Отец, Ким Чер Сан был беспартийным, работал издательстве «Иностранный рабочий» редактором-переводчиком, с русского на корейский, — и наоборот, одновременно учился на театральном в ГИТИСе. Он был талантливым человеком, сам пробовал писать пьесу, мечтал на Дальнем Востоке создать свой корейский театр. Но не сложилось. 26 ноября 1937-го года его арестовали, объявили японским шпионом и через 3 месяца расстреляли, Ему было всего 34 года. Маму, Нину Валентиновну Всесвятскую, разумеется, арестовали как «члена семьи изменника родины» и сослали. Именно в это время нас взял к себе в Наро-Фоминск дед В.В.Всесвятский. А потом, в 41 году, тетушка нас увезла в Люберцы. На следующий день немцы вошли в город. Потом мама вернулась из лагеря и увезла нас с собой в город Малоярославец, за 101-й километр, где мы с Алей провели всё наше отрочество. Аля там закончила десять классов, поехала в Москву учиться на медика, а я остался с мамой. Потом мы уехали в Туркмению.

— Всесвятские были известные подвижники?

— Я прямой потомок фамилий Всесвятских и Успенских. Это фамилии духовного сословия. Успенская Елизавета Осиповна, моя бабушка, была врачом. А вот отец деда (тоже врача), то есть мой прадед, Василий Павлович Всесвятский, был главным священником в храме большого села «Уготский Завод» Калужской губернии. Сейчас Уготский Завод — это город Жуков, потому что рядом, в деревне Стрелковка, родился Георгий Константинович Жуков. И прадед мой, Василий Павлович, его крестил. У прадеда было три сына, один из них мой дед Валентин Васильевич, Павел Васильевич, дочь Анна. Николай Васильевич был врачом. Задолго до революции в тех местах свирепствовал тиф и доктор Николай Васильевич вылечил будущего маршала Жукова от тифа. Мои потомки — были настоящие земские интеллигенты.

Они основали больницу, занимались школами, лечили, учили, помогали, словом, были в гуще народной. И когда пришла советская власть, они продолжали свою просветительскую деятельность. Моя мать Нина Валентиновна Всесвятская была учительницей, мой дядя землемером, все это передавалось по наследству. Так что все мое воспитание прошло в среде русской фамилии и русской семьи, а корейская родня возникла существенно позже. Я с ними познакомился, но к культуре корейского народа так и не приобщился.

— Корейский язык знаете?

— И язык не знаю, хотя корейцы меня не так давно вытащили в Сеул. А я и не упирался, охотно туда поехал. Было замечательное человеческое общение, но сказать, чтобы я как-то проникся этой культурой, что она стала для меня родной, я не могу.

— А как складывалась ваша судьба?

-В 1959 году окончил историко-филологический факультет Московского государственного педагогического института имени В. И. Ленина и по распределению поехал работать учителем русского языка и литературы на Камчатку, потом возвратился в Москву, преподавал в средней школе № 135, затем — в физико-математическом интернате № 18 при МГУ, а в 1968 оставил педагогику и занялся творчеством.

— Скажите, как давно в вас проснулся талант к созданию песен?

— Песни пишу с 1955-го года. Считаю, что этот дар передался мне от клана Всесвятских. Я вспоминаю большие семейные сборы с бесконечными песням. Всесвятские были очень певучей семьей, они знали море песен. Когда собирались мои дядя и тети и начинали петь – заслушаешься. Они пели и студенческие, и времен Народной воли, и Варшавянку, и эсеровские, и социал-демократические, и застольные, такие, как: «Среди долины ровныя», «Хасбулат удалой», божественные, песни времен Великой Отечественной войны. Отчасти и мне перепал талант предков, и я благодарен им.

— Ваша сестра Алина работала врачом?

— С сестрой мы были всегда дружны. Алина долгие годы работала в области фтизиатрии и иглорефлексотерапии, защитила диссертацию, она автор многих публикаций. Она автор книги «Детство за 101километром». Вместе с ней мы написали книгу 2О нашей маме Нине Валентиновне Всесвятской-учительнице». Алина умерла в сентябре 2008 года внезапно.

— Вы долгое время писали под псевдонимом Михайлов…

— Этот псевдоним я взял по необходимости. В 1968 году меня уволили из школы, в которой я преподавал, за участие в диссидентском движении. Я расписался в нескольких очень резких письмах. Тогда было сильное протестное движение, и я тоже не остался в стороне.. Работать в школе мне запретили навсегда, не разрешили и выступать на сцене с концертами. Когда я спросил, чем же мне зарабатывать на жизнь, мне ответили, что против работы в кино и театре они не возражают. — А на гитаре сами научился играть?

— На гитаре меня научила тетка, когда я был на первом курсе института. Мама хотела меня поместить в музыкальную школу, когда мы жили в Туркмении, но там у нас были проблемы с финансами. Поэтому я что-то подбирал тремя пальцами на школьном фортепиано и учился на трёхрядной гармошке, тоже всё на слух, но толком не выучился.

— У вас есть дети?

Дочь Наташа и трое внуков. Внучке Ксении 17 лет, Мирке 6 лет, Юрику 3 года, Мирка что-то напевает, Юрик слышит и старается подпевать.

— А с дочерью не пробовали петь?

— Пели иногда, но в практику не вошло.

— Слушая ваши песни, невольно возникает зрительная ассоциация

с живописными картинами. Вы не пытались узнать свои стихи на полотнах художников?

— Нет, абсолютно точно. Вот мой племянник, Марат Ким, известный — дизайнер, иллюстратор, автор песен, арт-директор компании «Централ Партнершип» может претендовать на это. Он работал с А. Кончаловским, Ю. Морозом, Н. Лебедевым, В. Тодоровским в кинокартинах «Одиссея», «Каменская», «Братья Карамазовы». «Волкодав из рода Серых Псов». «Буги-вуги на костях».

— Авторская песня — это чисто российское явление?

И каково, на ваш взгляд, ее будущее?- Есть американский кантри, есть французский шансон, есть, вероятно, что-то подобное в Латинской Америке, так что, убежден, барды существуют не только в России. Хотя, безусловно, русская бардовская песня – явление чисто русское. Авторская песня удовлетворяет определенные потребности российской души в доверительном песенном разговоре. Не танец в экстазе, попса или рок-н-ролл. А разговор по душе. Интонации дружественного собеседования передаются из поколения в поколение, бардовская песня помогает объединению людей, помогает жить. Авторская песня бессмертна.

— Как вы думаете, будет ли новое поколение воспитываться на творчестве людей нашего времени? Или со временем все становиться классикой?

— Каждое поколение воспитывается на опыте поколений предыдущих. Классикой же становится все то, что отбирается временем.

— Где можно ознакомиться с вашими стихотворениями?

— Наиболее полный сборник моих стихов вышел в 2006 году в издательстве «Время».

— Вы пишете и стихи, и прозу, создавали либретто и киносценарии. Какой из жанров вашего творчества наиболее важен для вас? Какую работу вы считаете самой удачной?
— Основное для меня — песенное творчество. Но сказать, что песнями я дорожу больше, чем пьесами, или наоборот, я не могу. Все это разные жанры, там разные задачи и подходы. А когда удается сочетать и песню, и пьесу — как в моей сказке про Ивана-дурака, которая идет сейчас в московском ТЮЗе под названием «Кто царевну поцелует», — вот это общая моя удача. Потому что там и музыка моя, и песни, и пьеса. Она мне нравится — как универсальное воплощение того, что я могу. Как правило, новые песни пишу для спектаклей. Очень люблю музыку Дашкевича, Гладкова, Нино Роты.

— На сценах каких театров ставят ваши пьесы?

-В театрах — Маяковского, Моссовета, ТЮЗ, «Табакерке», у «Никитских ворот», камерном оперном театре на Покровке…, в других городах России.

— Сейчас снова наступили трудные времена, что бы вы посоветовали людям?-

— В первую очередь нужно иметь самообладание и практическую смекалку, присутствие духа. Были времена тяжелее … Активно относиться к жизни, быть оптимистом…

И пусто повезёт гренадёру

Живым с поля брани уйти!

Татьяна Тютелева.